<?xml version="1.0" encoding="windows-1251"?>
<FictionBook xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0"><description> <title-info> <genre>dramaturgy</genre> <author> <first-name>Илья</first-name> <last-name>Ильф</last-name> </author> <author> <first-name>Евгений</first-name> <last-name>Петров</last-name> </author> <book-title>Сценарий звукового кинофильма</book-title> <date/> <lang>ru</lang> <src-lang>ru</src-lang> </title-info> <document-info> <author> <first-name>Vitmaier</first-name> <last-name/> </author> <program-used>FB Tools</program-used> <date value="2006-11-28">2006-11-28</date> <src-ocr>Vitmaier</src-ocr> <id>713D9DAA-1A79-4792-8441-5C60886E3881</id> <version>1.0</version> <history> <p>v 1.0 — создание fb2 Vitmaier</p>
</history> </document-info> <publish-info> <book-name>Илья Ильф и Евгений Петров. Собрание сочинений в 5 томах. Том 3.</book-name> <publisher>Художественная литература</publisher> <city>Москва</city> <year>1961</year> </publish-info> </description><body><title><p>Илья Ильф</p>
<p>Евгений Петров</p>
<p>СЦЕНАРИЙ ЗВУКОВОГО КИНОФИЛЬМА</p>
</title><section><p id="AutBody_0DocRoot">Молодой парижский служащий просыпается в своей комнате в тот сумрачный час, когда люди готовятся идти на работу.</p>
<p>Первый взгляд его падает на календарь. 13 число. Плохая примета. Он переводит взгляд. Пятница. Еще хуже.</p>
<p>Хмурый, он подымается с постели и уже с ужасом замечает, что встал с левой ноги. День не предвещает ничего доброго.</p>
<p>Он выходит на улицу. Плохие приметы обрушиваются одна за другой: кошка перебегает дорогу, навстречу идет священник, похороны преграждают путь.</p>
<p>Служащего пугает это невероятное стечение примет.</p>
<p>Он спускается в метро. Покупает газету.</p>
<p>Входит в вагон. Садится. Закрыв глаза, гадает на пальцах. Снова неудача — пальцы не сходятся.</p>
<p>В полном отчаянии разворачивает газету и видит, что выиграл пять миллионов франков.</p>
<p>Вынимает билет. Сравнивает. Все правильно. Вытаращив глаза, он смотрит то на газету, то на билет. Он совершенно позабывает об окружающем.</p>
<p>Над ним, в тесноте вагона, стоит девушка. Она раскрывает сумочку, чтобы попудриться, и случайно роняет свой платочек на колени счастливца.</p>
<p>Девушка хочет взять платочек, но он лежит так неудобно, что она внезапно смущается и отдергивает руку.</p>
<p>Счастливец ничего этого не замечает.</p>
<p>Пассажиры переглядываются и начинают улыбаться.</p>
<p>Девушка смущается еще больше. Публика с интересом ждет, чем все это кончится. Счастливец отрывает наконец глаза от газеты. Он замечает, что все, усмехаясь, смотрят на его колени.</p>
<p>Он опускает глаза, видит что-то белое и судорожно запихивает платочек в штаны, думая, что это высунувшийся конец нижней рубахи.</p>
<p>Под общий смех он выскакивает из вагона. Опомнившись, проверяет, на месте ли билет. Прячет его в другой карман, но, не сделав и двух шагов, вынимает снова.</p>
<p>Боязнь потерять билет так велика, он его перекладывает так часто, что билет все время на виду и трепещет, как голубь, готовый вырваться из рук. Наконец билет укладывается в бумажник. Однако бумажник — помещение ненадежное для столь драгоценного предмета, как пятимиллионный билет.</p>
<p>Счастливец покупает портфель и прячет туда бумажник.</p>
<p>Но и этого ему мало. Покупается чемодан, в который запирается портфель.</p>
<p>Секунда спокойствия и блаженства сменяется новым припадком ужаса. Все распаковывается и выбрасывается. Самое надежное — держать билет в руке. По крайней мере видно, что он тут.</p>
<p>У павильона Флоры счастливец видит, как толпа фотографов, кинематографистов и репортеров набрасывается на предыдущего счастливца.</p>
<p>Этот пришел за выигрышем со всей семьей. Тут — папа, мама, бабушка, которую держат под руки, идиотически улыбающийся дедушка и дети.</p>
<p>Их бесцеремонно фотографируют — заставляют принимать различные позы, отцу впихивают на руки младенца. Дедушку теребят репортеры с записными книжками — берут у него интервью.</p>
<p>Диктор спешно кричит в радиомикрофон.</p>
<p><strong>Диктор.</strong> Вниманье, вниманье! Говорим из павильона Флоры. Сейчас перед вами выступит бакалейщик, господин Жаклен, только что получивший миллион франков. Он еще держит его в руках. Пожалуйста, господин Жаклен.</p>
<p>Микрофон подносят ко рту бакалейщика, и он, бледно улыбаясь, начинает:</p>
<p><strong>Бакалейщик.</strong> Я никогда не думал, господа, что выиграю миллион франков. Но теперь я очень доволен…</p>
<p>Фотограф грубо поворачивает его лицо в нужную сторону.</p>
<p>— …Я чувствую себя очень хорошо. Что я сделаю с миллионом, господа? Немножко я дам родственникам…</p>
<p><strong>Жена </strong><emphasis>(перебивает).</emphasis> Кому? Кому?</p>
<p><strong>Бакалейщик.</strong> Моим родственникам, господа.</p>
<p><strong>Жена </strong><emphasis>(в микрофон).</emphasis> Родственникам! Ну, вы видели большего идиота, господа? <emphasis>(Мужу.)</emphasis> А родственники тебе что-нибудь давали? Дурак!</p>
<p><strong>Бакалейщик </strong><emphasis>(тупо улыбаясь).</emphasis> Жизнь прекрасна, господа.</p>
<p>Обладатель пятимиллионного билета с тоской наблюдает страдания бакалейщика.</p>
<p>Пользуясь тем, что внимание толпы отвлечено, он проскальзывает в павильон и предъявляет чиновнику свой билет.</p>
<p>Увидев пятимиллионный билет, чиновник вскакивает, чтобы позвать людей.</p>
<p>Но счастливец силою усаживает его на место.</p>
<p><strong>Счастливец.</strong> Ради бога… умоляю вас… никого не зовите!</p>
<p><strong>Чиновник.</strong> Ваша фамилия?</p>
<p><strong>Счастливец.</strong> У меня нет фамилии… То есть у меня есть фамилия, но я хочу остаться неизвестным.</p>
<p><strong>Чиновник.</strong> Это ваше право.</p>
<p>Выполняет формальности.</p>
<p>Счастливец смотрит в окно. Лицо его выражает ужас.</p>
<p><strong>Чиновник.</strong> Но вы живете в Париже?</p>
<p>Счастливец видит сверху новые «пытки», которым подвергается бакалейщик и его семья. Теперь этих добрых людей снимают для звуковой кинохроники, и они растерянно отступают под натиском кинооператоров.</p>
<p><strong>Счастливец </strong><emphasis>(испуганно).</emphasis> Нет, нет, не в Париже, только не в Париже!</p>
<p><strong>Чиновник.</strong> Ах, в провинции! В каком же городе?</p>
<p><strong>Счастливец.</strong> В таком… в небольшом…</p>
<p>Растерянно водит пальцем по карте Франции, которая висит тут же. Палец останавливается на первой попавшейся точке.</p>
<p><strong>Счастливец.</strong> Бург-сюр-Орм.</p>
<p><strong>Чиновник </strong><emphasis>(пишет).</emphasis> Бург-сюр-Орм. Отлично.</p>
<empty-line/><empty-line/><empty-line/><p>Раннее чистое летнее утро в провинциальном городке. Центральная площадь городка.</p>
<p>Два отеля с кафе, расположенные друг против друга.</p>
<p>В утреннем полусвете все-таки можно прочитать надписи на полотняных навесах кафе.</p>
<p>Одно заведение называется:</p>
<cite><p>«Друг желудка»</p>
<p>Г-н Огюст Лево</p>
</cite><p>Другое:</p>
<cite><p>«Веселая устрица»</p>
<p>Г-н Виктор Бранден</p>
</cite><p>Перед «Другом желудка» помещается бензиновая колонка «Шелл». Перед «Веселой устрицей» колонка «Стандарт».</p>
<p>В перспективе улички показывается обнявшаяся парочка. Парочка медленно подвигается к площади, ежесекундно целуясь.</p>
<p>Наконец он снимает руку с ее плеча.</p>
<p>Молодые люди нежно прощаются, осторожно оглядываются по сторонам и расходятся.</p>
<p>Она снимает туфли и влезает в окно кафе «Веселая устрица».</p>
<p>Он перелезает забор двора «Друга желудка».</p>
<p>На площади снова пусто и чисто.</p>
<p>Солнечный луч скользит по плакату, наклеенному на стене «Веселой устрицы»:</p>
<cite><p><strong>КО ВСЕМ ГРАЖДАНАМ ГОРОДА БУРГ-СЮР-OPМ</strong></p>
<p>В четверг, 12 июня, состоится торжественное открытие и пуск кареты</p>
<p><strong>СКОРОЙ МЕДИЦИНСКОЙ ПОМОЩИ,</strong></p>
<p>которую г. Бранден в заботах о гражданах его родного города учредил для перевозки жертв несчастных случаев в городскую лечебницу.</p>
<p>Да здравствует партия республиканских радикалов города Бург-сюр-Орм и ее непреклонный</p>
<p>вождь г. Бранден!</p>
<p><emphasis>На выборах мэра все голосуйте за г. Брандена!</emphasis></p>
</cite><p>Утро дышит миром.</p>
<p>И только другая афиша на стене «Друга желудка» показывает, что в городке бушуют микроскопические страсти и между владельцами обоих гостиничных заведений идет отчаянная борьба.</p>
<cite><p><strong>ГРАЖДАНИН!</strong></p>
<p>Если с тобой произойдет несчастный случай,</p>
<p>если ты внезапно сломаешь ногу или скоропостижно заболеешь — ничего не бойся. Тебе обеспечена быстрая помощь.</p>
<p>О тебе позаботился старик Лево.</p>
<p>Старый Лево никогда не забывает о гражданах своего родного города. Ровно в 9.30 утра состоится торжественный пуск</p>
<p><strong>СКОРОЙ МЕДИЦИНСКОЙ КАРЕТЫ.</strong></p>
<p>Да здравствует партия радикальных республиканцев и ее дальновидный вождь старик Лево!</p>
<p><emphasis>На выборах мэра голосуйте только за старика Лево!</emphasis></p>
</cite><p>Перед дверью «Друга желудка» появляется мадам Лево. Она вывешивает на веревке брюки мужа и начинает их выколачивать. Это широкие и прочные штаны добродетельного человека. Сразу видно, что их носит не какой-нибудь шалопай. Это чудные штаны в полоску с большими пуговицами, пришитыми на всю жизнь.</p>
<p>В дверях «Веселой устрицы» происходит такая же сцена. Мадам Бранден проветривает и выбивает клетчатые брюки. Это грандиозное вместилище, и можно сразу понять, что это брюки г. Брандена, кандидата в мэры, а не какого-нибудь незначительного лица.</p>
<p>Матроны усердно работают над брюками великих людей. Они с напускным равнодушием поглядывают друг на друга, но чувствуется, что под их корсетами клокочет ярость.</p>
<p>Через площадь, между обоими кафе торопливо проходит агент по страхованию г. Писанли. Это немолодой сердцеед с маленькими усиками и в котелке, элегантно нахлобученном на самые уши.</p>
<p>Он раскланивается с обеими дамами грациознейшим образом.</p>
<p>Дамы провожают его страстными взглядами.</p>
<p>Когда г. Писанли исчезает, взоры их встречаются.</p>
<p>Сладчайшие улыбки сменяются грозными. Женщины готовы схватиться. Однако благоразумие берет верх, и они возвращаются к прежнему занятию.</p>
<p>Кидая воинственные взгляды друг на друга, они колотят брюки все сильнее и сильнее, вкладывая в удары ненависть, предназначающуюся сопернице.</p>
<p>Брюки взвиваются, трещат под ударами — и облако пыли застилает площадь.</p>
<p>Когда оно расходится, соперниц уже нет.</p>
<p>Из «Друга желудка» выходит на площадь тринадцатилетний гарсон г. Лево — мальчик Тити. В руках у него рулон афиш, ведерко с клейстером и кисть. За ним плетется собака.</p>
<p>Он подходит к афише, восхваляющей достоинства г. Брандена, и заклеивает ее афишей, превозносящей добродетели г. Лево.</p>
<p>Покуда Тити занят своим делом, собаке тоже находится занятие.</p>
<p>Она бросается на кошку, появившуюся из «Веселой устрицы», и загоняет ее на дерево.</p>
<p>На помощь кошке спешит Мак-Магон, по виду хотя и дремучий, но совершенно вздорный старик, гарсон г. Брандена.</p>
<p>Он видит страшную работу Тити, бросается в дом и сейчас же появляется снова с рулоном афиш, клейстером и кистью.</p>
<p>Он подкрадывается к мальчику, отбрасывает его в сторону и срывает афишу врага.</p>
<p>Одержав эту победу, старик приступает к расклейке своих афиш. Но пока он возится с ведерком, Тити подменяет сверток с афишами. Упоенный успехом, старик ничего не замечает и заклеивает всю стену афишами г. Лево. Во время работы он бормочет:</p>
<p>— Я тебе покажу, Лево, молокосос! Лево! Лево! Дерьмо твой Лево, вот что! Плевал я на Лево! Тоже кандидат в мэры нашелся!..</p>
<p>Закончив расклейку, он отходит, чтоб полюбоваться своей работой.</p>
<p>С недоумением видит, что вся стена заклеена афишами противника.</p>
<p>Бросается на Тити, который с довольным видом вертится тут же под ногами.</p>
<p>Тити, увертываясь, кричит:</p>
<p>— Меня убивают! Господин Лево! Помогите!</p>
<p>В окне появляется полуодетый Лево.</p>
<p>На пороге своего кафе вырастает Бранден с намыленной физиономией и безопасной бритвой в руке.</p>
<p><strong>Тити.</strong> На помощь, хозяин!</p>
<p><strong>Мак-Магон </strong><emphasis>(гоняясь за мальчиком).</emphasis> Посмотрите, что он сделал, господин Бранден!</p>
<p>Бранден смотрит на афиши и взмахивает бритвой.</p>
<p><strong>Мадам Бранден </strong><emphasis>(оттаскивает его назад).</emphasis> Тебе вредно волноваться. У тебя больное сердце!</p>
<p>Лево прыгает в своем окне, как обезьяна. Жена его успокаивает.</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Огюст! Умоляю тебя! С твоим сердцем!..</p>
<p>Оба исчезают внутри своих домов и тотчас же снова появляются, но жены их утаскивают.</p>
<p>Мак-Магон в ярости срывает афиши врага. Покуда он это делает, Тити снова подменяет рулон. И когда Мак-Магон набрасывается на рулон и начинает его рвать, то видит, что рвет собственные афиши.</p>
<p><strong>Мак-Магон </strong><emphasis>(перед клочьями афиш, держа за шиворот мальчика).</emphasis> Скорее, господин Бранден! Посмотрите, что они сделали с нашими афишами!</p>
<p>Тити издает ужасные вопли.</p>
<p>На площадь выскакивают Бранден и Лево. Они уже одеты. На них те брюки, которые выбивали их жены. Оба до крайности взволнованы.</p>
<p>Некоторое время они только задыхаются, так как не в состоянии сказать ни слова.</p>
<p>Они разевают рты, ловят воздух, хватаются за сердце, надуваются все больше и больше.</p>
<p>Молчаливая дуэль кончается тем, что оба противника валятся в обморок.</p>
<p>Их растаскивают по домам. Но они неожиданно опять выскакивают на площадь. Однако, не успев добежать друг до друга, снова падают в обморок. Их уносят по домам жены, дети и слуги. Площадь пустеет.</p>
<p>И в заключение на ней разыгрывается маленькая война — кошка г. Брандена, прижатая к стене и лишенная возможности отступить, дает ловкие пощечины собаке г. Лево.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Неизвестно откуда доносится бурный, порядочно фальшивый марш.</p>
<p>Двор отеля «Друг желудка».</p>
<p>У небольшого полугрузовичка, служащего в обычное время для перевозки хозяйственных грузов, наспех и грубо переделанного в карету скорой помощи с красным крестом и надписью: «Милосердие старика Лево. Все голосуйте за радикальных республиканцев», идут последние приготовления.</p>
<p>Тити с сияющим лицом выметает из машины мусор.</p>
<p>Сын Лево, Андре, в котором мы узнаем молодого человека, прощавшегося с девушкой, уже сидит на месте шофера.</p>
<p>Мадам Лево тут же во дворе поправляет старику галстук и готовит его к выступлению.</p>
<p>Лево взбирается в машину и становится в позу триумфатора, Тити раскрывает ворота, марш гремит с удвоенной силой, становится еще фальшивей, и медицинское сооружение выкатывается на площадь.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>На площади собралась небольшая толпа граждан. Между обеими конкурирующими гостиницами поместился любительский оркестр из шести человек. Музыканты щеголяют узкими и короткими белыми панталонами, из-под которых глядят мощные черные ботинки военной доброты. Состав исполнителей такой: тарелки, геликон, губная гармоника, скрипка и две необыкновенно пискливых фанфары. Губная гармоника почти исчезает под пышными усами музыканта.</p>
<p>При выезде автомобиля раздаются восклицания. Оркестр играет туш. Господин Лево раскланивается, подымает руку и начинает речь.</p>
<p>— Граждане, в этот знаменательный день, когда партия радикальных республиканцев дает новое свидетельство своих забот о благе общества, в этот день, когда…</p>
<p>Но тут широко раскрываются ворота «Веселой устрицы», слышится громкое кучерское причмокиванье и на площадь выезжает большая белая лошадь с толстыми ногами и генеральским плюмажем на челе. Лошадь влечет за собой тележку с красным крестом и надписью: «Скорая медицинская помощь при несчастных случаях г. Виктора Брандена. Голосуйте исключительно за республиканских радикалов».</p>
<p>На козлах сидит Мак-Магон, рядом с ним дочь Брандена Люси в госпитальной наколке. (Это девушка, прощавшаяся утром с Андре.) В тележке стоя помещается г. Бранден.</p>
<p>Оркестр играет туш. Мак-Магон делает «тор-ру», и колесница останавливается напротив вражеского автомобиля. Приветственные клики толпы.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Я не оратор, граждане. Жизнь общественная есть общественная жизнь общества. Потому что общество составляется из общественной жизни. Без общественной жизни общество уже не общество…</p>
<p>Здесь содержательная речь Брандена прерывается тушем, который грянул по поводу торжественной церемонии, разыгрывающейся у автомобиля Лево.</p>
<p>Господин Писанли подносит букет с лентами г. Лево и целует руку мадам Лево. Оркестр играет «Марсельезу».</p>
<p>Мадам Бранден устремляет на Писанли магнетический взгляд, и он смущенно скрывается в толпе.</p>
<p>В лагере Брандена полное смятение. Бранден хватается за сердце. Жена из аптекарской бутылочки наливает ему успокоительные капли. Он выпивает.</p>
<p>Растроганный Лево продолжает свою речь.</p>
<p>— Этот букет, господа, только лишнее подтверждение того, как высоко стоит авторитет радикальных республиканцев среди прогрессивных слоев Бург-сюр-Орма. Жалкое лепетание республиканских радикалов никогда…</p>
<p>Его прерывает визгливый туш. Толпа поворачивается в сторону белой лошади.</p>
<p>Там происходит великое торжество. Господин Писанли подносит Брандену венок с лентами и склоняется перед мадам Бранден.</p>
<p>Мадам Бранден торжествует.</p>
<p>Г. Лево хватается за сердце.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Лекарство!</p>
<p>Протягивает руку к жене. Но она, не сводя глаз с коварного Писанли, сама пьет капли.</p>
<p>Писанли испуганно ныряет в толпу.</p>
<p>В толпе рядом стоят Тити и Мак-Магон.</p>
<p><strong>Тити.</strong> Да здравствует господин Лево!</p>
<p><strong>Мак-Магон.</strong> Долой Лево. Да здравствует господин Бранден!</p>
<p>Мак-Магон в припадке преданности подбрасывает в воздух свою шапку. Тити ловит ее и не отдает. Мак-Магон за ним гоняется.</p>
<p>Оправившийся Бранден кричит:</p>
<p>— Господа, лучшим идеалам общественной жизни общества угрожает опасность. Перед вами стоит узурпатор. Это он украл у меня идею скорой медицинской помощи при несчастных случаях.</p>
<p><strong>Лево</strong><emphasis>(стараясь перекричать противника).</emphasis> Граждане, вы слишком хорошо знаете старика Лево, чтобы поверить этой демагогии. Идея скорой медицинской помощи принадлежит исключительно радикальным республиканцам.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Нет, республиканским радикалам.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Нет, радикальным республиканцам.</p>
<p>Бранден. Мне!</p>
<p><strong>Лево.</strong> Нет, мне!</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Вам?</p>
<p><strong>Лево.</strong> Мне.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Тебе?</p>
<p><strong>Лево.</strong> А кому? Вам?</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Мне!</p>
<p><strong>Лево.</strong> Те-бе?</p>
<p>Бранден, стегнув свою лошадку, подъезжает вплотную к противнику.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> А у кого [.?.] сумасшедший?</p>
<p><strong>Лево.</strong> А у кого в гостинице клопы?</p>
<p><strong>Тити.</strong> Ура!</p>
<p>Тити нагло смотрит на Мак-Магона.</p>
<p>Оркестр играет туш. Брандену подают капли. В [.?.] он подымает стаканчик, как заздравную чашу, и кричит:</p>
<p>— Да здравствует партия республиканских радикалов! Долой интригана Лево, который в своем «Друге желудка» подавал вчера тухлого гуся. Я сам нюхал!</p>
<p><strong>Мак-Магон.</strong> Нюхал, нюхал! Ура!</p>
<p>С торжеством смотрит на Тити. Тити повержен. Оркестр играет туш.</p>
<p>Лево хватается за сердце, в волнении вырывает у Брандена капли, пьет их и, возвратив удивленному врагу пустой стаканчик, кричит:</p>
<p>— А кого жена бьет по морде?</p>
<p><strong>Бранден.</strong> А в самом деле? Кого?</p>
<p><strong>Лево.</strong> Вас!</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Меня?</p>
<p><strong>Лево.</strong> Тебя!</p>
<p><strong>Бранден.</strong> А вас?</p>
<p><strong>Лево.</strong> Как? Ме-ня?</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Да, да! Тебя! По морде!</p>
<p>Лево смущенно молчит. Писанли с ужасом переводит глаза с мадам Лево на мадам Бранден и снова на мадам Лево. Толпа неистово кричит. Такой спектакль бывает не каждый день.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Внутри медицинской кареты г. Лево, сквозь разрез брезентового навеса, сквозь который видна площадь и люди, обнимаются Люси и Андре. Вражда отцов не мешает им любить друг друга. Вся их сцена немая и идет под пререкания невидимых родителей.</p>
<p><strong>Голос Лево.</strong> Негодяй!</p>
<p><strong>Голос Брандена.</strong> Сам негодяй!</p>
<p>Молодые люди целуются.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Дурак!</p>
<p><strong>Бранден.</strong> От такого слышу.</p>
<p>Молодые люди целуются.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Я убью его.</p>
<p>Поцелуй.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Держите меня!</p>
<p>Поцелуй.</p>
<p>Нечленораздельный крик Лево.</p>
<p>Поцелуй.</p>
<p>Рев Брандена.</p>
<p>Поцелуй. Поцелуй. Поцелуй.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Снова площадь.</p>
<p>Противников развели по местам и успокаивают. Мак-Магон отнимает наконец у Тити свою шапку и водружает ее на голову. Из автомобиля незаметно выходят Андре и Люси.</p>
<p>На площадь, размахивая котелком, вбегает Писанли и кричит:</p>
<p>— Несчастный случай! Скорее! Несчастный случай с мадам Буало. Она упала на рыночной площади и подвернула себе ногу.</p>
<p>При этом крике оба государственных мужа, поникшие было главами от перенесенных волнений, проявляют необыкновенную деятельность. Расталкивая окружающих, они бросаются к своим каретам.</p>
<p><strong>Лево </strong><emphasis>(вскакивая в машину).</emphasis> Андре! Полный ход!</p>
<p><strong>Бранден </strong><emphasis>(переваливаясь в тележку).</emphasis> Мак-Матон! Люси — на место!</p>
<p>Андре заводит ручкой мотор. Искры нет. Машина не движется. Лево вне себя. Андре подымает капот и углубляется с головой в мотор.</p>
<p>Бранден с дьявольским смехом выносится вперед на своей колеснице.</p>
<p><strong>Бранден </strong><emphasis>(кричит).</emphasis> Да здравствует партия республиканских радикалов и ее вождь — я!</p>
<p>Ужасные понукания Лево. Андре наконец починился, берется за руль, машина делает ужасный скачок и мчится вдогонку за Бранденом.</p>
<p>Узкая уличка, по которой еле-еле движется норовистая белая лошадь. Сзади подъезжает автомобиль Лево, но обогнать противника он не может — узка улица.</p>
<p>Тогда он сворачивает в первый же переулок и вскоре появляется на этой же улице, но уже впереди лошади.</p>
<p>Лево в восторге кричит:</p>
<p>— Да здравствует партия радикальных республиканцев!</p>
<p>Мотор капризничает, машина едва движется, а лошадь, которая только взяла ход, наседает сзади, но тоже из-за узости мостовой не может обогнуть автомобиль.</p>
<p>В горячке Бранден также сворачивает в переулок.</p>
<p>Новая уличка, где автомобиль и лошадь почему-то мчатся навстречу друг другу— И только почти столкнувшись, они с проклятиями поворачивают назад и так же бешено мчатся в разные стороны.</p>
<p>Широкая и большая улица. Теперь соперники несутся рядом.</p>
<p>Сумасшедшая гонка лошади и автомобиля.</p>
<p>Обезумевший Мак-Магон стоя нахлестывает лошадь.</p>
<p>Тити чуть не выпадает из автомобиля.</p>
<p>Бранден теряет шляпу.</p>
<p>Лево лихорадочно пьет капли.</p>
<p>Кареты въезжают на рыночную площадь. Действительно, там у стены дома, окруженная небольшой кучкой людей, со страдальческим выражением на лице лежит старуха.</p>
<p>Бранден и Лево одновременно спрыгивают на землю и подбегают к старухе.</p>
<p>Лево еще издали кричит Брандену:</p>
<p>— Прочь! Прочь! Это моя больная!</p>
<p>Бранден. Отойдите от нее немедленно. Вам говорят!</p>
<p>Над телом старухи они сталкиваются и начинают отпихиваться руками.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Это моя старуха.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Ваша?</p>
<p><strong>Лево.</strong> Моя!</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Твоя?</p>
<p><strong>Лево.</strong> А чья же?</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Общественная.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Как, общественная?</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Я ее нашел!</p>
<p><strong>Лево.</strong> Нет, это я ее нашел.</p>
<p><strong>Старуха.</strong> Ох, умираю!</p>
<p><strong>Лево.</strong> Видите, старушка умирает, а вы… Пустите сию минуту.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Нет, вы пустите!</p>
<p><strong>Лево.</strong> Почему же я должен вас пустить?</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Потому что старушка гибнет на глазах подлой радикально-республиканской партии.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Нет, она гибнет на глазах республиканско-радикальной партии, на ваших глазах, а не на моих.</p>
<p>Старушка со страхом подымается и, ковыляя, уходит. Но никто этого не замечает. Государственные мужи продолжают спорить.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> В таком случае могу вам сообщить, с кем живет ваша жена.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Пожалуйста!</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Она живет с господином Писанли.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Извините, с господином Писанли живет ваша жена!</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Но весь город знает про вашу жену.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Нет, весь город знает про вашу.</p>
<p>Писанли поспешно выбирается из толпы и скрывается с глаз.</p>
<p>Оба кандидата в мэры надуваются до последней степени и падают в обморок.</p>
<p>Их подхватывают и засовывают в свои же скорые медицинские кареты. Кареты увозят безжизненные тела своих владельцев тем же бешеным аллюром, каким неслись к старухе, так и не дождавшейся помощи.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Завернутый в плед, с компрессом на голове, окруженный аптекарскими бутылочками, сидит за столом г. Лево и, поглядывая в окно на гнездо врага, сочиняет донос.</p>
<p>«Господину префекту.</p>
<p>Обуреваемый желанием принести посильную помощь городу, его благоустройству и процветанию, не могу не сообщить Вам, г. префект, о том, что, известный низостью своего поведения, содержатель кабака под названием «Веселая устрица» Виктор Бранден торгует после 12 ночи, при закрытых шторах, что строжайше воспрещено обязательным постановлением, и подает плохой пример подрастающему поколению.</p>
<p>Остаюсь навсегда преданный <emphasis>Огюст Лево».</emphasis></p>
<p>Составив этот документ, г. Лево прячет его в карман своих брюк, полосатых брюк.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Г. Бранден, полулежа на диване, удовлетворенно заканчивает донос на Лево и прячет его в карман своих фундаментальных клетчатых штанов.</p>
<p>Едва он кончает это достойное занятие, входит Люси.</p>
<p><strong>Люси.</strong> Можно, папа?</p>
<p>Бранден утвердительно хмыкает.</p>
<p><strong>Люси.</strong> Я давно хотела тебе сказать.</p>
<p>Бранден хмыкает.</p>
<p><strong>Люси.</strong> Мне сделали предложение.</p>
<p>Бранден одобрительно хмыкает.</p>
<p><strong>Люси.</strong> Один молодой человек.</p>
<p>Бранден одобрительно хмыкает.</p>
<p><strong>Люси.</strong> Ты его знаешь.</p>
<p>Бранден вопросительно хмыкает.</p>
<p><strong>Люси.</strong> Он очень хороший.</p>
<p>Бранден одобрительно хмыкает.</p>
<p><strong>Люси. </strong>[.?.]</p>
<p>Бранден энергично и отрицательно хмыкает.</p>
<p><strong>Люси.</strong> Но почему же?</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Потому что он такой же мерзавец и негодяй, как его отец. И кончим на этом разговор.</p>
<p>Люси плачет. Отец выталкивает ее.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Г. Лево стоит в грозной позе перед сыном.</p>
<p><strong>Лево </strong><emphasis>(кричит).</emphasis> Никогда. Никогда. Только через мой труп!</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Есть в городе девушка по имени Лилиан. Это обыкновенная провинциальная проститутка с истерическими потугами на парижский жанр. Она сидит у окна своей комнаты и беседует с господином Писанли, который стоит на улице. Вечер. Господин Писанли приторно любезен и все время приподымает над головой свой элегантный котелок.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Дела не идут, дитя мое.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Да, дела не идут.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Кризис.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Да, кризис.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Когда дела шли…</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> О, когда дела шли…</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Тогда я страховал в день не меньше трех человек от смерти. Это была жизнь.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> У меня тоже было не меньше трех в день. Иногда даже больше.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> А теперь нет клиентов.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Да, клиентов мало.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Так как же будет, дитя мое? Может быть, можно в кредит?</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> В кредит?</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Когда дела пойдут, я заплачу. Честное слово.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Убирайся ты вон, свинья такая.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Вот видите. В любви тоже не везет. Так и знал. <emphasis>(Мнется.)</emphasis> Слушай, девочка, тебе не нужен тихий, спокойный, непьющий, средних лет, глубоко интеллигентный кот?</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Проваливай!</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Пожалуйста, пожалуйста.</p>
<p>Он уходит, вежливо приподымая котелок. Лилиан закрывает окно и опускает занавеску.</p>
<p>Стук в дверь. Входит г. Бранден в своих замечательных штанах в клетку. В петлице у него цветок. Усы торчат кверху.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Ку-ку!</p>
<p>Целует Лилиан, которая молчит довольно сурово.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Птичка, я пришел отдохнуть на твоей груди.</p>
<p>Лилиан, не отвечая, роется в ящике стола.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Что с тобой, моя крошка?</p>
<p>Лилиан протягивает ему маленькую афишку.</p>
<p><strong>Лилиан </strong><emphasis>(грозно).</emphasis> Кто это писал?</p>
<p>Бранден тупо смотрит на афишку. Текст афишки:</p>
<empty-line/><p>Матери и жены, я осушу ваши слезы. Я вырву юношество Бург-сюр-Орма из грязных объятий развратницы Лилиан, которая при попустительстве радикальных республиканцев свила себе гнездо на священной почве нашего города. Как только меня выберут мэром, я изгоню ее.</p>
<p>Голосуйте на выборах только за партию республиканских радикалов.</p>
<p><emphasis>Виктор Бранден.</emphasis></p>
<empty-line/><p><strong>Лилиан.</strong> Ну?</p>
<p><strong>Бранден </strong><emphasis>(трусливо).</emphasis> Что тут особенного?</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Зачем же ты приходишь отдыхать в грязных объятиях развратницы?</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Детка!</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Нет, что это значит?</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Ну, стоит ли обращать внимание? Это же политика! Чистая политика и ничего больше.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> У одного кризис, у другого политика. Спасибо!</p>
<p>Бранден обнимает разгневанную Лилиан. Раздается осторожный стук в дверь. Бранден в испуге отскакивает.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Ради бога! Меня не должны здесь видеть! В такой ответственный момент острой политической борьбы. Куда мне деваться?</p>
<p>Лилиан вталкивает государственного деятеля в соседнюю комнату и открывает входную дверь.</p>
<p>На пороге ее с победоносной улыбкой стоит г. Лево, подвинчивая свои усы. Он предостерегающе протягивает руку и шипит:</p>
<p>— Никто не должен знать, что я здесь.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Понимаю, понимаю! Политика!</p>
<p>Лилиан молча уводит Лево в комнату, расположенную напротив той, где укрылся Бранден, подводит его к стене и, указав на афишку, приколотую к стене кнопками, говорит:</p>
<p>— Я тоже стала заниматься политикой.</p>
<p>Лево, тараща глаза, видит собственное воззвание к избирателям.</p>
<p>Текст воззвания:</p>
<cite><p>Женщины города!</p>
<p>Дело нравственности в верных руках. Когда старик Лево будет мэром, он немедленно обрушится на темное пятно нашего города, притон потаскухи Лилиан.</p>
<p>Воздействуйте на своих мужей, скажите своим сыновьям, что все голоса должны быть отданы только радикальным республиканцам.</p>
<p><emphasis>Огюст Лево.</emphasis></p>
</cite><p>Лево молчит.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Значит, я темное пятно?</p>
<p><strong>Лево.</strong> К чему такие мрачные мысли, курочка? Это же сделано для семьи.</p>
<p><strong>Лилиан </strong><emphasis>(считает на пальцах).</emphasis> У одного — кризис, у другого — политика, у третьего — семья. Очень мило!</p>
<p>Лево обнимает ее.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Теперь я вижу, что дело нравственности действительно в верных руках.</p>
<p>Средняя комната, в которой началась сцена. Входит Лилиан. Она замечает, что на стуле у двери комнаты, где поместился Бранден, уже лежат его замечательные брюки в клетку.</p>
<p>Когда она оглядывается, то на стуле у противоположной двери уже висят прекрасные, вечные брюки в полоску господина Лево.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Ну, кажется, кризис кончается.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Ночь. Улица. По ней бредет невзрачный человечек. Он движется медленно, иногда останавливается, внимательно смотрит на входные двери, потом подходит к окну одного дома, нажимает на раму, но она не открывается. Оглянувшись, идет дальше.</p>
<p>Заглядывает сквозь прутья изгороди другого дома и отскакивает. Ему не понравилась большая собака, строго выглядывающая из будки.</p>
<p>По всему видно, что это неэнергичный и невезучий маленький вор.</p>
<p>Он подходит к другому окну. Рама легко растворяется. Вор влезает в комнату и сейчас же выпрыгивает из окна с двумя парами замечательных фундаментальных штанов.</p>
<p>Еще у самого дома он шарит в карманах брюк, но, найдя там только какие-то сложенные бумажки, недовольно гримасничает, пихает бумажки как попало назад в брюки и скрывается во мраке.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Средняя комната Лилиан.</p>
<p>Одна из дверей приоткрывается, оттуда высовывается голая толстая рука и протягивается за брюками. Не найдя их в том месте, где они лежали, рука прячется назад.</p>
<p>Затем дверь снова приоткрывается, показывается. голова Лево. Глаза его с недоумением глядят на пустой стул.</p>
<p>Раздается скрип другой двери, и голова Лево испуганно скрывается.</p>
<p>В противоположной двери появляется Бранден и, не увидев своих брюк, прячется в комнату.</p>
<p>Лилиан в средней комнате. Ничего не понимая, обнаруживает исчезновение брюк. Подбегает к открытому окну. Ночь. Тишина. Мерцают фонари.</p>
<p>Из темноты — колокольный звон.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Разворачивается чудное воскресное утро в тишайшем Бург-сюр-Орме.</p>
<p>Сухонькие старушки с молитвенниками движутся в церковь. Идут в церковь целые семьи, папы, мамы, ведут детей, катят какого-то старика в колясочке, обмениваются поклонами. Всё очень чинно и достойно.</p>
<p>Чистый колокольный звон. Где-то за городом, в овраге, сидит вор и восхищенно рассматривает украденные брюки.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Писанли с рюмочкой в руках стоит перед стойкой, за которой помещается заплаканная мадам Лево, и разглагольствует.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Вы, главное, не волнуйтесь, мадам Лево. Не пришел ночевать? Ничего тут нет особенного. Одно из двух: либо он вернется, либо он не вернется. Если он вернется, то уже хорошо. А если не вернется, то одно из двух. Либо с ним случилось несчастье, либо не случилось. Если не случилось несчастье, то уже хорошо, а если случилось, то одно из двух. Либо он остался жив, либо он не остался жив. Если он остался жив, то уже хорошо, а если не остался, то одно из двух…</p>
<p>Мадам Лево глотает слезы.</p>
<p>Андре и Люси направляются в церковь по разным сторонам улицы. Отойдя достаточно от дома, они переглядываются, сходятся и дальше идут вместе.</p>
<p>Писанли уже ораторствует перед плачущей мадам Бранден. Развязно попивая из бокала, он болтает.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> В конце концов, мадам Бранден, вам совершенно нечего беспокоиться. Либо он умер, либо он не умер. Если он не умер, то уже хорошо, а если умер, то одно из двух, либо он умер в мучениях, либо умер без мучений.</p>
<p>Мадам Бранден плачет навзрыд.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Почему же вы плачете? Если он умер без мучений, то уже хорошо, а если он умер в мучениях, то одно из двух. Либо он попал в рай, либо он попал в ад. Если он попал в рай, то уже хорошо, а если он попал в ад, то одно из двух. Либо сатана его полюбил, либо сатана его не полюбил. Если полюбил, то уже хорошо, а если не полюбил, то одно из двух…</p>
<p>Мадам Бранден ревет.</p>
<p>Великий утешитель беззаботно пьет из бокала.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Чрезвычайно грустное зрелище. Кандидат в мэры г. Бранден в удобных домашних кальсонах, но в пиджаке и галстуке, под тихий колокольный звон прыгает перед Лилиан. Он разъярен и одновременно испуган до крайности.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> В конце концов надо купить штаны. Не могу же я здесь сидеть вечно!</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Что ты кричишь? Ты хочешь, чтоб весь город сюда сбежался?</p>
<p><strong>Бранден</strong><emphasis>(шепчет).</emphasis> Умоляю. Ну, надо купить штаны. Надо! Понимаешь? Брюки!</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Сколько раз тебе говорить. Сегодня воскресенье. Все закрыто.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> О! Воскресенье! <emphasis>(В отчаянии бросается на кровать.)</emphasis> Я погиб! Что теперь со мной сделает этот мерзавец Лево!</p>
<p>В комнату доносится тонкий протяжный стон. Бранден в страхе прислушивается. Он вскакивает.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Там кто-то есть!</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Это собака. Я ее сейчас прогоню!</p>
<p>Выходит, тщательно прикрыв за собой дверь, и открывает дверь второй комнаты.</p>
<p>Там, на коленях, в одних коротких кальсонах стоит Лево и ужасно стонет.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Что это за штуки? Ты с ума сошел!</p>
<p><strong>Лево.</strong> Лилиан, спаси меня.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Прежде всего тише.</p>
<p><strong>Лево </strong><emphasis>(шипит).</emphasis> Я же не прошу роскоши. Я прошу предмет первой необходимости. Брюки! Неужели ты не понимаешь, что такое для мужчины брюки! О, если Бранден узнает! Что скажут мои избиратели!</p>
<p>Стонет так страшно, что Лилиан хватается за голову.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Ах, мои брючки, мои старые верные штаны!</p>
<p>Из соседней комнаты доносится грустный рев обезумевшего Брандена. Лево настораживается.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Ничего, ничего, это собака. Слушай, у меня есть идея. Рядом живет портной.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Правильно! Лилиан, ты святая женщина. <emphasis>(Косится на афишку.)</emphasis> Ей-богу, святая! Я всегда это говорил!</p>
<p>Поспешно достает деньги.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Как можно скорее!</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Побегу и закажу две пары брюк.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Зачем же две пары?</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Э-э… Я думала, что одна пара будет запасная.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Какая там запасная! Хватит и одной. Скорей беги. Ради бога. Пусть немедленно шьет. Честное слово, ты святая женщина.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>В кафе Брандена «Веселая устрица» по-прежнему пусто. Разволновавшаяся мадам с распухшим от слез лицом сидит за столиком. Ее осторожно поглаживает по толстой спине господин Писанли.</p>
<p><strong>Писанли </strong><emphasis>(вкрадчиво).</emphasis> Скажите, мадам Бранден, вам не нужен тихий, спокойный, непьющий, средних лет, глубоко интеллигентный метрдотель или, например, муж?</p>
<p><strong>Мадам Бранден.</strong> Подождем еще немножко. Может быть, он вернется.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Одно из двух. Либо он вернется, либо не вернется. Если он не вернется, то это уже хорошо. Значит, сатана его полюбил…</p>
<p>Новый приступ рыданий охватывает мадам Бранден.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Лилиан у портного, человека крайне медлительного и склонного философически вникать в сущность явлений.</p>
<p><strong>Портной.</strong> Что это такое? Целый год никто не заказывал брюк! Вы меня извините, мадемуазель, но я уже начинал думать, что человечество перестало интересоваться брюками. И вдруг сразу две пары и чтоб были готовы в один час.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Да, да. В один час и две пары.</p>
<p><strong>Портной.</strong> И вот когда я начинаю думать над тем, что бы все это могло значить, я прихожу к мысли, что кризис кончается.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Кончается, кончается. Только вы, главное, не думайте. Шейте как можно скорее. Думать будете потом.</p>
<p>Она уходит, а портной медленно разворачивает кусок ткани и упирается в нее тусклым взглядом. После долгой паузы он произносит:</p>
<p><strong>Портной.</strong> Думать будете потом! Потом будет уже поздно.</p>
<p>Пауза.</p>
<p><strong>Портной </strong><emphasis>(тяжело задумавшись).</emphasis> Что такое брюки? А что такое жизнь?</p>
<p>Нисколько не торопясь, принимается резать ножницами сукно.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>На безлюдную станцию Бург-сюр-Орм вкатывается пассажирский поезд.</p>
<p>Из багажного вагона выбрасывают пачку парижских газет.</p>
<p>Поезд уходит, оставив на перроне необычайных для городка пассажиров — здесь три кинематографиста с аппаратами, еще один человек весь на застежках-молниях (у него на таких же застежках — карманы пиджака и брюк, портфель, блокнот, рубашка) и бледный, превосходно одетый господин с толстеньким акушерским саквояжем,</p>
<p>Станционные служащие с удивлением рассматривают приезжих.</p>
<p>Вдруг у одного из них, принявшего пачку газет, меняется лицо, и он уже не сводит глаз с заголовка, перерезанного шпагатом упаковки.</p>
<p>Текст заголовка:</p>
<cite><p><strong>ПЯТЬ МИЛЛИОНОВ ФРАНКОВ ВЫИГРАНЫ ЖИТЕЛЕМ ГОРОДА БУРГ-СЮР-ОРМ, СЧАСТЛИВЕЦ ПОЖЕЛАЛ ОСТАТЬСЯ НЕИЗВЕСТНЫМ.</strong></p>
</cite><p>Удивленные его поведением, заглядывают на пачку через плечо и другие служащие. Волнение охватывает всех.</p>
<p>Кучка людей, которые первые узнали поразительную новость, возбужденно шагает по улице. К ней присоединяются прохожие. Впереди всех, размахивая еще не развязанной пачкой, идет газетчик. Распахиваются окна, люди выбегают на балконы, кучка превращается в толпу.</p>
<p>Происходит чудо. Нищий, стоящий у перекрестка на костылях, узнав чудесную новость, бросает костыли и бежит за толпой, бодро ступая на обе ноги.</p>
<p>Из своего заведения выходит портной-философ с сшитыми брюками и клеенчатым метром на плече. Узнав, что произошло, он столбенеет.</p>
<p>Толпа идет дальше.</p>
<p>Кинематографисты тащат свои аппараты. Внимательно осматривая всех, чинно идет приезжий господин с саквояжем. Безмерно суетится репортер в [.?.], то раздергивая, то задергивая свои бесчисленные застежки.</p>
<p>Портной продолжает стоять все в том же свинцовом раздумье у своей лавки.</p>
<p>Церковь полна народа. Идет служба. Торжественные звуки органа.</p>
<p>С улицы входит один из граждан и что-то шепчет ближайшему к входу молящемуся.</p>
<p>Слух передается из уст в уста. Странный шелест и бормотанье наполняют церковь.</p>
<p>Органисту под самый нос подложили газету. Органист в волнении начинает страшно фальшивить.</p>
<p>Кюре, стоящий лицом к алтарю, морщится, бросает недовольный взгляд на органиста, потом смотрит вниз.</p>
<p>Церковь пуста. Последние молящиеся толпятся у входа.</p>
<p>Только у одной колонны, забыв все на свете, шепчутся Андре и Люси.</p>
<p>Ничего не поняв, кюре откашливается и продолжает службу под фальшивый рев органа.</p>
<p>К портному, который все еще стоит в позе полного и решительного обалдения, подбегает Лилиан.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Готово?</p>
<p><strong>Портной.</strong> Возьмите ваши брюки, мадемуазель, и уходите. В последний раз я делаю такую грязную работу. Раз в городе появился человек с пятью миллионами, для меня найдется работа получше. <emphasis>(Начинает горячиться.)</emphasis> Может жить миллионер без фрака? Не может! Может он жить без визитки? Не может! Смокинг ему нужен? До зарезу! Кто все это ему будет шить? Я! Другого портного в городе нет.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Да, но ведь он может выписать себе портного из Парижа!</p>
<p><strong>Портной.</strong> Из Парижа? <emphasis>(Тяжело задумывается.)</emphasis> Как это я не сообразил! Так не забудьте. Моя фирма существует с тысяча восемьсот девяносто пятого года. Быстрое, точное, аккуратное исполнение заказов. Из Парижа! Как я об этом не подумал!</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Кто же все-таки выиграл, хотела бы я знать?</p>
<p><strong>Портной.</strong> О, если б я знал! Дайте мне только мерку с этого человека, и я сошью такой фрак, какой даже в Лондоне не сошьют.</p>
<p>Лилиан со свертком торопливо уходит, а портной снова застывает в беспредельном раздумье.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Бранден растрепан и ужасен. Он уже не владеет собой. Он бегает по комнате, как пленный тигр. Иногда он останавливается, тупо смотрит вперед себя и снова начинает гонять из угла в угол.</p>
<p>В горе он даже бьет себя по щекам.</p>
<p>Отчаяние этого человека показалось бы величественным и трагичным, если бы на его толстых ногах были брюки. Но брюк все нет, и это вызывает у несчастного безумные взрывы горя.</p>
<p>Лево, наоборот, впал в мистицизм.</p>
<p>Он стоит на коленях и, молитвенно сложив руки, взывает к господу.</p>
<p>— Боже, ты один, всемогущий, видишь, в каком идиотском положении я нахожусь. Господи, за что ты так покарал видного общественного деятеля? Помоги мне, господи! Я же многого не прошу. Я ведь не такой, как другие, например, Бранден. Я ведь не хам. Только одну пару брюк. Ну, что тебе стоит?</p>
<p>Он так трогательно молится, что нужно удивляться тому, как потолок не разверзается и оттуда не спускается на страдальца просимый им предмет одежды.</p>
<p>Бранден прерывает свою беготню для того, чтобы осторожно посмотреть в окно сквозь занавеску.</p>
<p>Он видит Лилиан, идущую со свертком в руках. Он радостно переминается с ноги на ногу, но потом замечает, что Лилиан остановилась и присоединилась к кучке людей, горячо толкующих о чем-то и размахивающих руками.</p>
<p>Переходы Брандена от отчаяния к надежде из-за того, что Лилиан то направляется к дому, то снова останавливается, чтобы поговорить с гражданами города, которые толпятся на улице.</p>
<p>Лево в той же позе молящегося.</p>
<p>Открывается дверь, в комнату влетают брюки и падают прямо на простертые к небу руки Лево.</p>
<p>Он так радостно взволнован, что долго прыгает на одной ноге, не в силах правильно прицелиться другой ногой в штанину. Застегиваясь на ходу, он выпрыгивает из окна в сад и исчезает.</p>
<p>Лилиан вносит брюки в комнату Брандена.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> На! И убирайся отсюда поскорее! Надоели вы мне все. Раз в городе есть миллионер, то для меня найдется работа получше!</p>
<p><strong>Бранден </strong><emphasis>(лихорадочно одеваясь).</emphasis> Что ты там мелешь! Какой миллионер?</p>
<p>Лилиан сует ему газету, а сама присаживается к зеркалу и поспешно начинает прихорашиваться. По-куда Бранден осмысливает прочитанное, Лилиан болтает.</p>
<p><strong>Лилиан.</strong> Может жить миллионер без фрака? Не может! Смокинг ему нужен? До зарезу! Девушка ему нужна? Конечно, нужна! А где он возьмет другую, если, кроме меня, в городе никого нет! Что ты на это скажешь?</p>
<p>Когда она оборачивается, Брандена уже нет в комнате.</p>
<p><strong>Лилиан </strong><emphasis>(глядя на себя в зеркало).</emphasis> Да, но с такими деньгами он может выписать себе девушку из Парижа! Как я этого сразу не сообразила!</p>
<empty-line/><empty-line/><p>На центральной площади Бург-сюр-Орма, среди большой толпы граждан, горячо ораторствует Писанли. Он полностью овладел вниманием слушателей и врет без удержу. Тут и кинематографисты и репортер. Не видно только бледного господина с акушерским саквояжем.</p>
<p>Вообще от тихого, благостного воскресенья ничего не осталось. Исключительно земные заботы овладели людьми.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Вы только не беспокойтесь. Вы положитесь на Писанли. Писанли вас не обманет. Я этих миллионеров знаю как свои пять пальцев. Я у самого Бонура брился, когда проезжал Тараскон. Даже смешно вспомнить. Смотрите, вот эти самые щеки брил Бонур. Вы мне только дайте найти этого счастливца. Уж я его застрахую, будьте уверены. И от огня, и от смерти, и от женитьбы, и от всех других несчастных случаев.</p>
<p><strong>Мак-Магон.</strong> Все-таки свинство, что этот миллионер пожелал остаться неизвестным. Скаред он, вот и все.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Слушайте, папаша, выражайтесь осторожней. Этот миллионер, может быть, находится среди нас и слышит, как вы его ругаете.</p>
<p><strong>Мак-Магон </strong><emphasis>(испуганно).</emphasis> Ну, ну, я пошутил.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Пожалуйста, пожалуйста! Да, да, даже наверно находится. Здесь собрался весь город. Кто-то из нас ведь выиграл. Тут уж сомнений никаких нет. Может быть, он! <emphasis>(Показывает на одного из горожан, на которого устремляются все взоры. Тот трусливо смеется и прячется в толпу.)</emphasis> Или я! Да, я выиграл пять миллионов и пожелал остаться неизвестным. <emphasis>(Все смотрят на Писанли.)</emphasis> Нет, я, конечно, не выиграл, но счастливец тут, среди нас. <emphasis>(Все с подозрением начинают смотреть друг на друга.)</emphasis> Я его найду, я его по глазам узнаю, я его так застрахую… <emphasis>(Ходит в толпе, хватает людей за руки и заглядывает им в глаза, не минует даже Тити, долю гипнотизируя его. Толпа трусливо жмется под взглядами страхового агента, однако миллионер не открывается.)</emphasis></p>
<p>Кинематографисты и репортер подходят к Писанли. Один из кинематографистов:</p>
<p>— Повлияйте на них, пожалуйста. Мы ведь люди занятые, приехали из Парижа. Что мы тут, вечно будем сидеть?</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Ну что я с ними могу сделать? Ну не хотят, не хотят. Желают остаться неизвестными.</p>
<p><strong>Кинематографист.</strong> Господа, нельзя жетак! Кто из вас выиграл пять миллионов? <emphasis>(Пауза. Горожане уныло смотрят в землю.)</emphasis> Ну, больше жизни, больше жизни! Вся Франция интересуется. Ну?</p>
<p>Толпа недвижима.</p>
<p>В номере гостиницы бледный господин нервно тасует карты. Его акушерский чемоданчик раскрыт, и видно, что он наполнен колодами.</p>
<p>Наконец он сердито закрывает чемоданчик, выходит к толпе и присоединяется к представителям прессы.</p>
<p><strong>Бледный господин</strong><emphasis>(к толпе).</emphasis> Нельзя же, господа, тянуть бесконечно! Ну, пошутили — и будет. Господин, выигравший пять миллионов, можно вас на пару слов? Что вы тут стоите, ей-богу, скучаете? Пойдем куда-нибудь, выпьем по рюмочке, сыграем в карты. Я угощаю, в чем дело!</p>
<p>Но никто не выходит из толпы. Бледный господин возмущенно разводит руками.</p>
<p>Снова начинает кинематографист. Он подтягивает поближе аппарат и говорит:</p>
<p>— Честное слово, это так нетрудно, всего-то дела на пять минут. Немножко попозировать и ответить всего на два вопроса — что вы почувствовали, когда выиграли пять миллионов, и что думаете о частой смене министерских кабинетов?</p>
<p>Толпа безмолвствует.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Подождите, подождите, дайте подумать. Кажется, я уже знаю в чем дело.</p>
<p>Все напряженно смотрят на Писанли.</p>
<p><strong>Писанли </strong><emphasis>(глубокомысленно).</emphasis> Выиграл тот, кого сегодня утром не было в городе. Надо ведь было поехать в Париж получить выигрыш. Верно? Кого же сегодня не было?</p>
<p>В это время в конце улицы показывается вороватая фигура Лево.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Стоп, стоп, сто-о-оп! Вот теперь мне все ясно.</p>
<p>Толпа смотрит на приближающегося Лево.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Так, так. Он пожелал остаться неизвестным. Ясно почему. Он хотел скрыть свой выигрыш от семьи, от вас, мадам Лево.</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Мерзавец!</p>
<p>Лево подходит к самой толпе. Он больше чем смущен. Он подавлен и запуган.</p>
<p><strong>Писанли </strong><emphasis>(громовым голосом).</emphasis> Снимайте его! Это он!</p>
<p>Мадам Лево бросается к мужу. Весь их семейный разговор лихорадочно записывается и накручивается на пленку.</p>
<p><strong>Мадам Лево </strong><emphasis>(плачет).</emphasis> Вот этого я от тебя никак не ожидала! Где ты был?</p>
<p><strong>Лево </strong><emphasis>(с ужасом оглядывается на толпу).</emphasis> Умоляю тебя, Жанна, постесняйся людей.</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> А, ты продолжаешь от меня скрывать, негодяй!</p>
<p><strong>Лево.</strong> Ради бога, пойдем домой, я тебе все объясню.</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Скрывать нечего, это уже знают все.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Как все?</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Конечно! Весь город!</p>
<p><strong>Лево.</strong> А-а-а! Я погиб!</p>
<p><strong>Кинематографист</strong><emphasis>(бешено крутит).</emphasis> Вот это [.?.]! Теперь моя карьера сделана!</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Почему ты мне этого сразу не сказал? Разве я тебе помешала бы?</p>
<p><strong>Лево.</strong> Жанна, ей-богу, что за странные вопросы?</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Я бы тебе даже помогла.</p>
<p><strong>Лево </strong><emphasis>(в крайнем удивлении).</emphasis> Ты бы мне помогла?</p>
<p><strong>Писанли </strong><emphasis>(хлопая Лево по плечу).</emphasis> А все-таки сознайтесь, плутишка, приятно было, а?</p>
<p>Лево балдеет от стыда. Кинематографист продолжает накручивать.</p>
<p>— Чудное актюалите!</p>
<p><strong>Репортер </strong><emphasis>(подступая с записной книжкой).</emphasis> Простите, пожалуйста, наша редакция хочет задать вам два вопроса. Во-первых, как это было и, во-вторых, что вы при этом почувствовали?</p>
<p>Лево со стоном вырывается, но на него продолжают наседать.</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Куда ты их девал?</p>
<p>Лево смущенно смотрит на свои брюки.</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Ты их положил в банк?</p>
<p><strong>Лево.</strong> Милочка, кто же кладет их в банк?</p>
<p><strong>Шулер.</strong> Совершенно правильно. Никому не доверяйте. Пойдем лучше, папаша, посидим где-нибудь, выпьем по рюмочке. Я угощаю.</p>
<p>Нервно тасует карты.</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Где же они все-таки?</p>
<p><strong>Лево.</strong> Я, э-э-э… я их потерял.</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Ложь! Этого не может быть! Это не иголка, чтобы ее можно было потерять.</p>
<p><strong>Лево.</strong> В таком случае даю тебе честное слово, что их у меня украли.</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Украли пять миллионов франков?</p>
<p><strong>Лево.</strong> Какие пять миллионов? Каких франков?</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Которые ты выиграл, жалкий эгоист!</p>
<p>В глазах Лево появляется луч надежды.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Что выиграл? Где выиграл? Когда выиграл? Почему выиграл? Для чего выиграл? <emphasis>(Наглеет.)</emphasis> С ума вы здесь посходили! Уже человеку погулять нельзя. Вышел человек на минутку, никого не трогал, так нет, подавай им пять миллионов. А ты, дура, уже уши развесила. <emphasis>(Хорохорится.)</emphasis> Нет, ей-богу, на секунду нельзя отлучиться из дому. Просто инквизиция какая-то.</p>
<p><strong>Кинооператор </strong><emphasis>(прекращая работу).</emphasis> Значит, вы не выиграли?</p>
<p><strong>Лево.</strong> Бабушка моя выиграла!</p>
<p>Кинооператор угрожающе подходит к Писанли.</p>
<p><strong>Кинооператор.</strong> Что это значит? Я уже накрутил двести метров. Что ж это, все выбрасывать? Где миллионер?</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Позвольте, дайте подумать. Я привык думать. Если не Лево, то кто же? Выиграть мог только тот, кого не было в городе.</p>
<p>Из-за угла появляется Бранден. Увидя толпу, которая сразу к нему поворачивается, растерянно останавливается и пытается улизнуть.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Вот теперь уж абсолютно ясно. Вот кто выиграл. Бранден выиграл.</p>
<p>Мадам Бранден издает радостный крик и бросается к мужу. Имея все основания опасаться жены, Бранден обращается в бегство. Мадам Бранден, а вслед за ней все горожане, вместе с кинематографистами и шулером кидаются вслед за ним. Шулер гонится за Бранденом с картами в руках.</p>
<p>Брандена настигают.</p>
<p>Увидя, что от жены ему не уйти, он закрывает голову руками.</p>
<p>Жена обнимает его. Бранден поражен.</p>
<p>Ему жмут руки. Он ничего не понимает.</p>
<p>Его снимают. Он только растерянно вертит головой.</p>
<p>Портной-философ неторопливо обмеривает его со всех сторон. Удивленный, он молчаливо подчиняется. Он покорно поднимает руки, расставляет ноги, делает все, что полагается делать на примерке.</p>
<p><strong>Репортер.</strong> Что вы при этом почувствовали?</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Господин Бранден, вам не нужен тихий, спокойный, непьющий, получивший низшее и среднее образование, симпатичный и честный, средних лет, глубоко интеллигентный управляющий финансами?</p>
<p><strong>Шулер.</strong> Пойдем, тут прямо за углом посидим, выпьем по рюмочке, перекинемся в картишки, а?</p>
<p>Нервно тасует карты.</p>
<p><strong>Кинооператор.</strong> Стоп, стоп. Тише. Теперь он пусть что-нибудь скажет.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Скажите ему что-нибудь. Иначе он не отвяжется.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Что я должен наконец сказать?</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Скажите ему, как вы выиграли пять миллионов?</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Откуда вы взяли! Ничего я не выиграл!</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Выиграл, выиграл! Я же по глазам вижу.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Оставьте меня, пожалуйста, в покое!</p>
<p><strong>Кинооператор.</strong> Ух, какой хитрый! <emphasis>(Бешено накручивает.)</emphasis> Вот это актюалите!</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Да не выиграл я, не выиграл. <emphasis>(Портному.)</emphasis> Что вы меня обмериваете? Что, вы мне гроб хотите заказать?</p>
<p>Обозленный, расталкивает толпу.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Одно из двух. Если не Бранден, значит — Лево. Слушайте, господин Лево, вам не нужен толковый, талантливый, со средним и высшим образованием, непьющий приват-доцент на должность кассира? А то растащат все до копейки. Увидите, все растащат. У Бонура уже все порастаскали.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Опять на меня! При чем тут я?</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Если не вы, значит — Бранден!</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Бросьте эти дурацкие штуки. Нет у меня ни копейки!</p>
<p><strong>Мадам Бранден.</strong> Где ж ты в таком случае пропадал?</p>
<p>Бранден молчит.</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> А где ты гулял, голубчик?</p>
<p>Лево молчит.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Темнят, темнят! Скрывают! До чего люди стали хитры! Один из них безусловно выиграл! О чем говорить! Снимайте обоих вместе. Потом в лаборатории разберете, кто из них настоящий.</p>
<p>Но политические враги не обнаруживают никакого желания приблизиться друг к другу. Писанли подталкивает их. Они упираются.</p>
<p><strong>Кинооператор.</strong> Ближе, ближе! Я иначе не могу снимать.</p>
<p>Игра продолжается. Их сводят, они расходятся.</p>
<p><strong>Лево </strong><emphasis>(шепотом жене).</emphasis> Зачем мне сниматься? Клянусь тебе, что я ничего не выиграл.</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Значит, выиграл Бранден?</p>
<p><strong>Лево.</strong> Значит, выиграл Бранден.</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Теперь он нас погубит. Нужно мириться.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Я не буду мириться с этим негодяем.</p>
<p><strong>Мадам Лево.</strong> Человек с пятью миллионами не бывает негодяем.</p>
<p><strong>Шулер.</strong> Господин Бранден, снимайтесь, потом пойдем поиграем, у меня случайно с собой карты.</p>
<p><strong>Бранден </strong><emphasis>(жене).</emphasis> Чего они меня толкают! Я ничего не выиграл. Ты-то мне можешь поверить.</p>
<p><strong>Мадам Бранден.</strong> Какое несчастье! Значит, выиграл Лево?</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Только он. Он куда-то сегодня ездил.</p>
<p>Неожиданно улыбаясь, подходит к своему врагу.</p>
<p>Лево с искательной улыбкой, но немного неуверенно, тоже движется ему навстречу.</p>
<p><strong>Кинооператор.</strong> Вот, вот, еще ближе, еще, еще!</p>
<p>Бывшие враги сходятся и здороваются с необыкновенной учтивостью.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Я давно хотел вам сказать…</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Я сам хотел…</p>
<p><strong>Лево.</strong> Я давно уже мечтал…</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Вот именно мечтал…</p>
<p><strong>Лево.</strong> Разве дело в миллионах, господин Бранден?..</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Дело в дружбе, господии Лево.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Золотые слова. Вы вообще оратор замечательный.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Ну какой же я оратор! Вот вы оратор. Я помню, какую трогательную речь вы произнесли на открытии скорой помощи. Вас забросали венками.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Но ведь идея скорой помощи принадлежит вам, господин Бранден.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Нет, нет, только не мне. Вам, исключительно вам, господин Лево.</p>
<p><strong>Лево.</strong> Вы знаете, в последнее время мне как-то стали очень близки идеи вашей республиканско-радикальной партии. Даже ближе, чем идеи радикальных республиканцев, честное слово.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Это просто удивительно. Со мной происходит то же самое.</p>
<p>В продолжение разговора они, взявшись под руки, прогуливаются. За ними неотступно следует толпам Когда они останавливаются, останавливаются все. Только они начинают двигаться, за ними двигаются остальные. С последней репликой они, уступая место друг другу, входят в дверь «Веселой устрицы».</p>
<p>Толпа следует за ними, все рассаживаются за столиками.</p>
<p>На первом плане остается Писанли и шулер.</p>
<p><strong>Писанли.</strong> Одно из двух — либо выиграл Лево, либо выиграл Бранден. Если выиграл Лево, это уже хорошо. А если выиграл Бранден, то это еще лучше.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Та же площадь между «Другом желудка» и «Веселой устрицей».</p>
<p>Посреди площади новый столб с большой таблицей:</p>
<cite><p><strong>ОБЪЕДИНЕННАЯ СКОРАЯ МЕДИЦИНСКАЯ ПОМОЩЬ, УЧРЕЖДЕННАЯ ТЩАНИЕМ ГГ. ЛЕВО И БРАНДЕНА</strong></p>
</cite><p>Кошка г. Брандена и собака г. Лево кротко лакают из одной мисочки.</p>
<p>Старый Мак-Магон, заливаясь дружелюбным смехом, вместе с Тити вертит одну мороженицу.</p>
<p>На стене заведения Лево висит афиша:</p>
<cite><p>На выборах мэра голосуйте за лучшего гражданина нашего города г. Виктора Брандена. Это вам говорит старин Лево.</p>
<p><emphasis>Огюст Лево.</emphasis></p>
</cite><p>Рядом с ней другая афиша:</p>
<cite><p><strong>ГРАЖДАНЕ!</strong></p>
<p>Если вам дорого благо общества, голосуйте только за старика Лево.</p>
<p><emphasis>Виктор Бранден.</emphasis></p>
</cite><p>Предводимая любительским оркестром, направляется в мэрию свадебная процессия Андре и Люси.</p>
<p>Молодые люди счастливы.</p>
<p>Бережно поддерживая друг друга, за ними идут государственные мужи.</p>
<p>Писанли — шафер.</p>
<p>На лицах жен государственных мужей можно легко прочесть, что обе они довольны выгодной сделкой.</p>
<p>Идут расфуфыренные гости.</p>
<p>Кинооператоры снимают торжество.</p>
<p>Репортер делает заметки в записной книжке.</p>
<p>Процессия входит в здание мэрии.</p>
<p>Площадь совершенно пуста.</p>
<p>Раздаются громкие и разнообразные звуки автомобильных сигналов, и на площадь быстро въезжают четыре автомобиля.</p>
<p>В первом из них, длинной и дорогой легковой машине, развалившись на роскошном сиденье, полулежит с сигарой в зубах уже известный нам мелкий парижский служащий, выигравший пять миллионов франков. Он во фраке и цилиндре. (Так и ехал.)</p>
<p>Второй автомобиль, небольшой автокар, битком набит парижскими [.?.], вывезенными, как видно, целиком из какого-нибудь кабаре.</p>
<p>В третьей машине, грузовике, помещается походный бар со стойкой. Там сидят скучающий гарсон с подносом и салфеткой и бармен, сбивающий коктейли.</p>
<p>В четвертой машине сидит негритянский джаз из шести человек.</p>
<p>Кортеж останавливается у бензиновых колонок.</p>
<p>Шоферы гудят, вызывая людей, но никто не появляется.</p>
<p><strong>Миллионер </strong><emphasis>(кричит).</emphasis> Гарсон!</p>
<p>Гарсон сейчас же выскакивает из грузовика и мчится с бокалом шампанского.</p>
<p>Миллионер выпивает шампанское, вылезает из машины и начинает разгуливать по площади небрежно-развинченной походкой.</p>
<p>Шоферы гудят. Никто не выходит.</p>
<p>Девушки щебечут в своем автокаре.</p>
<p>Но вот двери мэрии открываются, и оттуда появляется процессия. Впереди — молодые. За ними — Лево и Бранден.</p>
<p>Миллионер с трудом прилаживает к глазу монокль и презрительно смотрит на процессию.</p>
<p><strong>Миллионер.</strong> Гарсон!</p>
<p>Гарсон немедленно подносит шампанское.</p>
<p><strong>Миллионер.</strong> Здоровье новобрачных! <emphasis>(Пьет.)</emphasis> Горько.</p>
<p>Молодые целуются.</p>
<p><strong>Миллионер </strong><emphasis>(кричит).</emphasis> Джаз!</p>
<p>Негры играют.</p>
<p><strong>Миллионер.</strong> А теперь танцы. У нас на каждой остановке танцы. Уже шесть раз после Парижа танцевали. Могу я себе позволить!..</p>
<p>Девушки отплясывают.</p>
<p>Жители города поражены до глубины души.</p>
<p><strong>Миллионер.</strong> По местам!</p>
<p>Гарсон и девушки занимают места.</p>
<p>Шоферы кончают набирать бензин.</p>
<p><strong>Миллионер </strong><emphasis>(обернувшись с подножки автомобиля).</emphasis> Что это за город такой странный?</p>
<p><strong>Писанли </strong><emphasis>(почтительно приближаясь).</emphasis> Бург-сюр-Орм, ваше высокопревосходительство.</p>
<p><strong>Миллионер.</strong> З-знакомое наз-звание. Что-то я про него слышал. Он чем-нибудь прославился?</p>
<p><strong>Писанли.</strong> А как же. Ведь тут человек выиграл пять миллионов и пожелал остаться неизвестным.</p>
<p><strong>Миллионер.</strong> Что? Что? <emphasis>(Вспоминает.)</emphasis> Бург-сюр-Орм!.. А-а-а… <emphasis>(Заливается страшным смехом. Это почти припадок.)</emphasis> Вспомнил! Поздравляю вас! Человек, пожелавший остаться неизвестным, это я! Пять миллионов — это тоже я. Правда, уже осталось четыре, но это чепуха. А что касается города, то я пошутил, господа. Неужели вы приняли всерьез? Могу я себе позволить невинную шутку?</p>
<p>Мэры каменеют.</p>
<p>В толпе — смятенье. Кинематографисты бросаются снимать миллионера.</p>
<p>Шулер вскакивает на подножку.</p>
<p><strong>Шулер.</strong> Разрешите представиться. Граф Пикардийский, последний отпрыск благородного рода.</p>
<p><strong>Миллионер.</strong> Ах, как я рад, граф! <emphasis>(Жмет ему руку.)</emphasis> Я так давно хотел познакомиться с настоящим аристократом и именно графом. Едем со мной! А, граф! Едем! По дороге поиграем в картишки. А? Едем! Я угощаю.</p>
<p>Шулер, ловко и бесшумно, как хищник, прыгает в машину.</p>
<p>Играет джаз.</p>
<p>Миллионер машет на прощанье рукой.</p>
<p>Машины трогаются.</p>
<p>Кинооператоры приспособили в качестве передвижки скорую помощь Лево и катят за миллионером, бешено крутя ручки аппаратов.</p>
<p>Блестящее видение скрывается.</p>
<p>Лево и Бранден все в том же горестном окаменении.</p>
<p><strong>Лево </strong><emphasis>(Брандену).</emphasis> Значит, вы не выиграли?</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Позвольте, ведь вы же выиграли!</p>
<p><strong>Лево.</strong> Если вы не ездили в Париж за выигрышем, то где вы были?</p>
<p><strong>Бранден.</strong> А вы где были, если не ездили в Париж?</p>
<p>Появляется полицейский с Лилиан и вором, у которого в руках две пары штанов.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Мои брюки!</p>
<p><strong>Лево.</strong> Мои брюки!</p>
<p>Полицейский отдает каждому по паре.</p>
<p><strong>Мадам Бранден.</strong> Так вот где ты был!</p>
<p><strong>Бранден </strong><emphasis>(Лево).</emphasis> Так вот где вы были!</p>
<p><strong>Лево </strong><emphasis>(Брандену).</emphasis> А вы где были?</p>
<p><strong>Мадам Лево </strong><emphasis>(мужу).</emphasis> Нет, ты лучше скажи, где ты был?</p>
<p>Бранден машинально запускает руку в карман штанов и находит там донос, написанный Лево.</p>
<p>Аналогичный донос Лево находит в своем кармане.</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Это вы писали?</p>
<p><strong>Лево.</strong> А это вы писали?</p>
<p><strong>Бранден.</strong> Мерзавец!</p>
<p><strong>Лево.</strong> Негодяй!</p>
<p>Оба хватаются за сердце.</p>
<p>Жены их растаскивают.</p>
<p>Тити дает пинок Мак-Магону.</p>
<p>Старик успевает дать сдачи.</p>
<p>Собака Лево гонится за кошкой Брандена.</p>
<p>Война возобновляется по всей линии.</p>
<empty-line/><empty-line/><empty-line/><empty-line/><empty-line/><p>Сценарий звукового кинофильма. — Впервые опубликован в журнале «Искусство кино», 1961, № 2. Сценарий был написан в декабре 1933 года в Париже. При жизни авторов не печатался.</p>
<p>В 1933 году Ильф и Петров вместе с моряками на кораблях Черноморского флота посетили с визитом дружбы Грецию и Италию. Из Рима они уже вдвоем возвращались на родину через Вену, Париж, Варшаву. В Париже они задержались и по заказу французской кинофирмы «Софар» написали сценарий звукового фильма.</p>
<p>Ильф и Петров работали над новым сценарием десять дней. В письме к жене от 22 декабря 1933 года Ильф сообщал: «Мой день такой. Несколько дней (10) были скучны — утром работа, потом торжественный обед, потом работа, и все. Теперь я уже свободен. С сегодняшнего утра. Доволен, конечно, ужасно. Сценарий вчера сдавали. Он понравился, смеялись очень, падали со стульев… Уговаривают нас еще остаться… В общем, имени мы не посрамили».</p>
<p>В Центральном государственном архиве литературы и искусства хранится отношение Полномочного представительства СССР во Франции Министерству иностранных дел Франции с просьбой продлить И.Ильфу и Е.Петрову визу на пребывание во Франции до 25 января 1934 года, «чтобы дать им возможность закончить работу согласно контракту, заключенному с кинофирмой „Софар“ (ЦГАЛИ, 1821, 23).</p>
<p>Фильм по сценарию Ильфа и Петрова поставлен не был.</p>
<p>Работая над парижским сценарием, Ильф и Петров использовали некоторые ранние свои заготовки. Так, например, комический эпизод с платочком, который в самом начале сценария девушка роняет на колени молодому человеку, вырос из записи, сделанной Ильфом в своей записной книжке еще в 1930 году: «Молодой человек в трамвае, девушка и платок» (ЦГАЛИ, 1821, 125).</p>
<p>Характерно, что, изобразив быт и нравы маленького, провинциального французского городка, Ильф и Петров удачно продолжили традиции целого ряда французских комедийных фильмов 30-х годов и в какой-то степени предвосхитили появление фильмов более позднего времени. Вспомним хотя бы известную советским зрителям талантливую французскую сатирическую комедию «Скандал в Клошмерле».</p>
<p>Рукопись сценария отсутствует.</p>
<p>Печатается по черновому варианту машинописной копии, хранящейся у М.Н.Ильф. Этот текст не был подготовлен авторами для печати. В оригинале есть фразы с пропусками слов. В этих случаях в тексте ставится знак вопроса в прямых скобках [.?.]</p>
</section></body></FictionBook>
