<?xml version="1.0" encoding="windows-1251"?>
<FictionBook xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0"><description> <title-info> <genre>humor_prose</genre> <author> <first-name>Илья</first-name> <last-name>Ильф</last-name> </author> <author> <first-name>Евгений</first-name> <last-name>Петров</last-name> </author> <book-title>Широкий размах</book-title> <date>1935</date> <lang>ru</lang> <src-lang>ru</src-lang> <sequence number="« name=»Рассказы"/> </title-info> <document-info> <author> <first-name>Vitmaier</first-name> <last-name/> </author> <program-used>FB Tools</program-used> <date value="2005-04-23">2005-04-23</date> <src-url>http://www.reading-room.narod.ru</src-url> <src-ocr>Читальный зал</src-ocr> <id>A4346854-CC58-4A73-8B82-1E5A4E18C466</id> <version>1.0</version> <history> <p>v 1.0 — создание fb2 Vitmaier</p>
</history> </document-info> <publish-info> <book-name>Илья Ильф и Евгений Петров. Собрание сочинений в 5 томах. Том 3</book-name> <publisher>Художественная литература</publisher> <city>Москва</city> <year>1961</year> </publish-info> </description><body><section><title><p>Илья Ильф, Евгений Петров</p>
<p>«Широкий размах»</p>
</title><p id="AutBody_0DocRoot">За громадным письменным столом, на дубовых боках которого были вырезаны бекасы и виноградные гроздья, сидел глава учреждения Семен Семенович. Перед ним стоял завхоз в кавалерийских галифе с желтыми леями. Завхозы почему-то любят облекать свои гражданские телеса в полувоенные одежды, как будто бы деятельность их заключается не в мирном пересчитывании электрических лампочек и прибивании медных инвентарных номерков к шкафам и стульям, а в беспрерывной джигитовке и рубке лозы.</p>
<p>— Значит, так, товарищ Кошачий, — с увлечением говорил Семен Семенович, — возьмите семги, а еще лучше лососины, ну там ветчины, колбасы, сыру, каких-нибудь консервов подороже.</p>
<p>— Шпроты?</p>
<p>— Вот вы всегда так, товарищ Кошачий. Шпроты! Может, еще кабачки фаршированные или свинобобы? Резинокомбинат на своем последнем банкете выставил консервы из налимьей печенки, а вы — шпроты! Не шпроты, а крабы. Пишите. Двадцать коробок крабов.</p>
<p>Завхоз хотел было возразить и даже открыл рот, но ничего не сказал и принялся записывать.</p>
<p>— Крабы, — повторил Семен Семенович, — и пять кило зернистой икры.</p>
<p>— Не много ли? В прошлый раз три кило брали, и вполне хватило.</p>
<p>— По-вашему, хватило, а… по-моему, не хватило. Я следил.</p>
<p>— Сорок рублей кило, — грустно молвил завхоз.</p>
<p>— Ну, и что же из этого вытекает?</p>
<p>— Вытекает, что одна икра станет нам двести рублей.</p>
<p>— Я давно вам хотел сказать, что у вас, товарищ Кошачий, нет размаха. Банкет так банкет. Закуска, горячее, даже два горячих, пломбир, фрукты.</p>
<p>— Зачем же такой масштаб? — пробормотал Кошачий. — Конечно, я не спорю, мы выполнили месячную программу. И очень хорошо. Можно поставить чаю, пива, бутербродов с красной икрой. Чем плохо? И, кроме того, на прошлой неделе был банкет по поводу пятидесятилетия управделами.</p>
<p>— Я все-таки вас не понимаю, товарищ Кошачий. Извините, но вы какой-то болезненно скупой человек. Что у нас — бакалейная лавочка? Что мы, частники?</p>
<p>Завхоз потупился, сраженный аргументами.</p>
<p>— И потом, — продолжал Семен Семенович, — купите вы наконец приличный сервиз, а то вы подаете уже черт знает на чем. Какие-то разнокалиберные тарелки, рюмки разных размеров. В последний раз вино пили из чашек. Понимаете, что это такое?</p>
<p>— Понимаю.</p>
<p>— А раз понимаете, то пойдите в комиссионный магазин и купите все, что нужно. Нельзя же так.</p>
<p>— Дорого очень в комиссионном, Семен Семенович. Ведь у нас определенный бюджет.</p>
<p>— Я лучше вашего знаю про бюджет. Мы не воры, не растратчики и себе домой эту лососину в рукаве не таскаем. Но зачем нам прибедняться? Наши предприятия убытков не приносят. И если мы устраиваем товарищеский ужин, то пусть будет ужин настоящий. Надо нанять джаз, пригласить артистов, а не эту тамбовскую капеллу, как она там называется…</p>
<p>— Ансамбль лиристов, — хрипло сказал завхоз.</p>
<p>— Да, да, не надо больше этих балалаечников. Пригласите хорошего певца, пусть нам споет что-нибудь. «Спи, моя радость, усни, в доме погасли огни».</p>
<p>— Так ведь такой артист, — со слезами в голосе сказал Кошачий, — с нас три шкуры снимет.</p>
<p>— Ну какой вы, честное слово, человек! С вас он снимет эти три шкуры? И потом не три, а две. И для нашего миллионного бюджета это не играет никакой роли.</p>
<p>— Такси для артиста придется нанимать, — тоскливо прошептал завхоз.</p>
<p>Семен Семенович внимательно посмотрел на собеседника и проникновенно сказал:</p>
<p>— Простите меня, товарищ Кошачий, но вы просто сквалыжник. Самый обыкновенный скупердяй. Такой, извините меня, обобщенный тип даже описан в литературе. Вы — Плюшкин! Гарпагон! Да, да, и, пожалуйста, не возражайте. У вас тяжелая привычка всегда возражать. Вы Плюшкин, и все. Вот и мой заместитель жаловался на вашу бессмысленную мещанскую скупость. Вы до сих пор не можете купить для его кабинета порядочной мебели.</p>
<p>— У него хорошая мебель, — мрачно сказал Кошачий. — Все, что надо для работы: стульев шведских — шесть, столов письменных — один, еще один стол — малый, графин, бронзовая пепельница с собакой, красивый новый клеенчатый диван.</p>
<p>— Клеенчатый! — застонал Семен Семенович. — Завтра же купите ему кожаную мебель. Слышите? Пойдите в комиссионный.</p>
<p>— Кожаный, Семен Семенович, пятнадцать тысяч стоит.</p>
<p>— Опять эти деньги. Просто противно слушать. Что мы, нищие? Надо жить широко,товарищ Кошачий, надо, товарищ Кошачий, иметь социалистический размах. Поняли?</p>
<p>Завхоз спрятал в карман рулетку, которую вертел в руках, и, шурша кожаными леями, вышел из кабинета.</p>
<empty-line/><empty-line/><p>Вечером, сидя за чаем, Семен Семенович со скучающим видом слушал жену, которая что-то записывала на бумажке и радостно говорила:</p>
<p>— Будет очень хорошо и дешево. Четыре бутылки вина, литр водки, две коробочки анчоусов, триста граммов лососины и ветчина. Потом я сделаю весенний салат со свежими огурцами и сварю кило сосисок.</p>
<p>— Здравствуйте.</p>
<p>— Ты, кажется, что-то сказал?</p>
<p>— Я сказал: здравствуйте.</p>
<p>— Тебе что-нибудь не нравится? — забеспокоилась жена.</p>
<p>— Да, кое-что, — сухо ответил Семен Семенович. — Мне, например, не нравится, что каждый огурец стоит один рубль пятнадцать копеек.</p>
<p>— Но ведь на весь салат пойдет два огурчика.</p>
<p>— Да, да, огурчики, лососина, анчоусы. Ты знаешь, во сколько все это станет?</p>
<p>— Я тебя не понимаю, Семен. Мои именины, придут гости, мы уже два года ничего не устраивали, а сами постоянно у всех бываем, просто неудобно.</p>
<p>— Почему неудобно?</p>
<p>— Неудобно, потому что невежливо.</p>
<p>— Ну, ладно, — сказал Семен Семенович томно. — Дай сюда список. Так вот, все это мы вычеркиваем. Остается… собственно, ничего не остается. А купи ты, Катя, вот что. Купи ты, Катя, бутылку водки и сто пятьдесят граммов сельдей. И все.</p>
<p>— Нет, Семен, так невозможно.</p>
<p>— Вполне возможно. Каждый тебе скажет, что селедка — это классическая закуска. Даже в литературе об этом где-то есть, я читал.</p>
<p>— Семен, это будет скандал.</p>
<p>— Хорошо, хорошо, в таком случае приобрети еще коробку шпрот. Только не бери ленинградских шпрот, а требуй тульских. Они хотя и дешевле, но значительно питательнее.</p>
<p>— Можно подумать, что мы нищие! — закричала жена.</p>
<p>— Мы должны строить свою жизнь на основах строжайшей экономии и рационального использования каждой копейки, — степенно ответил Семен Семенович.</p>
<p>— Ты получаешь тысячу рублей в месяц. К чему нам прибедняться?</p>
<p>— Катя, я не вор и не растратчик и не обязан кормить на свои трудовые деньги банду жадных знакомых.</p>
<p>— Тьфу!</p>
<p>— Я оставляю твой выпад без внимания. У меня есть бюджет, и я не имею права выходить за его рамки. Понимаешь, не имею права!</p>
<p>— И в кого он такой сквалыга уродился? — сказала жена, обращаясь к стене.</p>
<p>— Ругай меня, ругай, — сказал Семен Семенович, — но предупреждаю, что финансовую дисциплину я буду проводить неуклонно, что бы ты там ни говорила.</p>
<p>— Говорю и буду говорить! — закричала жена. — Коля уже месяц ходит в рваных ботинках.</p>
<p>— При чем тут Коля?</p>
<p>— При том тут Коля, что он наш сын.</p>
<p>— Ладно, ладно, не кричи! Купим этому пирату ботинки. С течением времени. Ну, что там еще надо? Говори уж скорее. Может быть, рояль надо купить, арфу?</p>
<p>— Арфу не надо, а табуретку на кухню надо.</p>
<p>— Табуретку! — завизжал Семен Семенович. — Зачем табуретку? Чего уж там! Купим для кухни сразу кожаную мебель! Всего только пятнадцать тысяч. Нет, Катенька, я наведу в доме порядок.</p>
<p>И он долго еще объяснял жене, что пора уже покончить с бессмысленными тратами, пирами и тому подобным безудержным разбрасыванием и разбазариванием социалистической копейки.</p>
<p>Спал он спокойно.</p>
<empty-line/><p><emphasis>1935</emphasis></p>
<empty-line/><empty-line/><p>Широкий размах. — Впервые опубликован в газете «Правда», 1935, № 101, 12 апреля.</p>
<p>Печатается по тексту Собрания сочинений в четырех томах, т. III, «Советский писатель», М. 1939. В этом издании рассказ датируется 1934 годом.</p>
</section>
</body>
</FictionBook>

